ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. Более 2000 дней за решеткой. Как известные политзаключенные выглядели до и после освобождения
  2. «Плошчы-2006» — 20 лет. Поговорили с участницей, одной из первых поставивших палатку в самом центре Минска
  3. «Села ў турму за тое, што 20 рублёў мне пералічыла ў СІЗА». В Литву приехала часть освобожденных политзаключенных — первые впечатления
  4. Бывшая «правая рука» Лукашенко и его спутница скупают землю в крошечной деревне. Рассказываем детали
  5. В Минске дорожает проезд в городском общественном транспорте
  6. «Была просто телом, которому что-то надо делать». Супруга директора ЕРАМ — о тяжелом лечении от рака, рецидиве и надежде
  7. «Я не хочу бегать с автоматом по улице». Лукашенко — об освобожденных политзаключенных, оставленных в Беларуси
  8. «Она уже давно в Беларуси». Отец Анжелики Мельниковой признался, что она жива и здорова
  9. Россия может готовить наступление на Донбассе: что фиксируют аналитики
  10. Сначала почти лето, потом понадобятся зонты. Прогноз погоды на неделю
  11. США снимают санкции, Минск отпускает 250 политзаключенных. Аналитики — об итогах переговоров посланника Трампа с Лукашенко
  12. «Знала много чувствительной информации, и не только о нас»: Павел Латушко — о возможном появлении Мельниковой в Минске


/

Музыкальные привычки могут намекать на уровень интеллекта — но не так, как принято думать. К такому выводу пришли исследователи, проанализировав повседневное прослушивание музыки и сопоставив его с когнитивными способностями людей, пишет PsyPost.

Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com
Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com

Ученые попытались выйти за рамки классических тестов интеллекта, которые обычно проходят в стрессовых условиях и не всегда отражают поведение человека в реальной жизни. Вместо этого они сосредоточились на цифровых следах — в частности, на том, какую музыку люди слушают ежедневно.

В исследовании, опубликованном в Journal of Intelligence, приняли участие 185 человек. В течение пяти месяцев специальное приложение на их смартфонах фиксировало каждую прослушанную композицию. Всего было проанализировано более 58 тысяч уникальных треков. Параллельно участники прошли короткий тест на когнитивные способности, включающий логическое мышление, словарный запас и математические навыки.

Главный вывод оказался неожиданным: наибольшую связь с уровнем интеллекта показали не музыкальные характеристики вроде темпа или жанра, а тексты песен. Именно лирика — ее темы, язык и эмоциональная окраска — оказалась наиболее информативной.

Так, люди, предпочитающие песни с более сложными или менее «позитивными» текстами, в среднем показывали более высокие результаты в тестах. Исследователи предполагают, что меланхоличная или рефлексивная музыка может привлекать тех, кто склонен к размышлениям и анализу.

Кроме того, более высокий уровень когнитивных способностей чаще наблюдался у тех, кто слушал музыку на разных языках и в целом проводил больше времени за прослушиванием. Интересно, что предпочтение студийных записей (в отличие от «живых» концертов) также оказалось связано с более высокими результатами — возможно, из-за более структурированного и «чистого» звучания.

Для обработки такого объема данных исследователи использовали методы машинного обучения, позволяющие находить сложные и нелинейные связи. При этом они подчеркивают: выявленная зависимость остается слабой и не позволяет точно определять интеллект человека по плейлисту.

Ученые также предупреждают, что речь идет лишь о корреляции, а не о причинно-следственной связи. Иными словами, определенная музыка не делает человека умнее — так же как высокий интеллект не «заставляет» слушать конкретные песни. На результаты могли повлиять и другие факторы, например возраст или культурный контекст.

Тем не менее исследование открывает перспективы для дальнейшего изучения того, как повседневное цифровое поведение может отражать когнитивные особенности человека. В будущем, считают авторы, такие данные — в сочетании с другими цифровыми следами — могут помочь в разработке адаптивных технологий или даже в ранней диагностике когнитивных нарушений.