На рассвете 1 марта 1954 года японское рыболовное судно «Дайго Фукурю Мару» — «Счастливый дракон», — забросив сети на тунца, колыхалось на спокойных водах посреди Тихого океана. Внезапно горизонт вспыхнул так, словно там — на западе — взошло солнце. Через несколько часов с неба стали падать белые хлопья, укрыв всю палубу сантиметровым слоем. Рыбаки сгребали их руками и пробовали на вкус. Это был пепел, и он оказался смертельным. Вспышка на горизонте была испытательным взрывом американской термоядерной бомбы. И это испытание пошло не по плану. Случившееся заставило мир наконец иначе посмотреть на ядерное оружие — и осталось в культуре, вдохновив японцев на создание метафорического монстра Годзиллы.
Кто кого
К 1954 году ядерная гонка была в разгаре. США и СССР провели уже несколько десятков испытаний и вышли на новый уровень. Каждая сторона торопилась создать термоядерную бомбу.
В 1952-м американцы на одном из атоллов Маршалловых островов взорвали первый в мире водородный заряд. Устройство было огромной мощности, но слишком громоздкое и тяжелое (около 75 тонн), требовало жидкого топлива для термоядерного синтеза, потому было непригодно для боевого применения. Для сравнения, снаряды, сброшенные на Хиросиму и Нагасаки, весили 4,4 тонны, но были «небольшой» мощности, эквивалентной взрыву 15 килотонн тротила. Новая бомба должна была быть на порядки мощнее, но все еще подходить для сбрасывания с самолета. Потому работа продолжалась.
Маршалловы острова в то время не были государством. Они находились сперва под управлением Японии, а после Второй мировой войны — США. Архипелаг, состоящий из 28 атоллов и пяти островов, получил независимость только в 1986 году, однако подписал договор об ассоциации с США: американские военные находятся на территории Республики Маршалловых Островов, при этом оборона последней является обязанностью США.
В феврале 1954 года на атолл Бикини доставили устройство весом около 10,7 тонны под кодовым названием «Шримп» — «Креветка». Это первая американская водородная бомба на твердом топливе — гораздо компактнее, чем раньше, она была уже гораздо больше похожей на боевую.
Задачей испытаний «Касл Браво» было отработать схему заряда устройства, пригодного для размещения на самолете. Физики из Лос-Аламосской лаборатории, ключевой в ядерном проекте, ожидали взрыв мощностью около шести мегатонн.
Но они просчитались.
«Неправильный» литий
Бомба была размещена на маленьком искусственном острове в лагуне атолла (она была размерами около 40 на 20 км). В 32 милях от бомбы на островке Эниу находился контрольный бункер с девятью людьми и приборами для замеров. С кораблей и самолетов на разном расстоянии за испытаниями наблюдали около 10 000 ученых, инженеров, военных.
«Креветка» была задумана как двухступенчатое устройство: сперва подрывается ядерное горючее, а затем в контейнере, сжатом энергией этого взрыва, начинается термоядерная реакция. Новинкой было то, что инициирующий ядерный заряд впервые состоял из твердого топлива — дейтерида лития. В нем смешивались два изотопа — литий-6 и литий-7. Заряд был заключен в урановую оболочку. Физики рассчитали, что только литий-6 будет участвовать в синтезе, вырабатывая тритий и усиливая взрыв. А литий-7, составлявший 60% смеси, считался инертным и просто не должен был вступать в реакцию. Это и было ошибкой.
Взрыв «Креветки» был произведен 1 марта 1954 года в 6.45 утра. «Инертный» литий под бомбардировкой электронами среагировал и стал вырабатывать тритий, который сильно увеличивал мощность. Реакция множилась далеко за пределы расчетов. От превышенной энергии синтеза началось деление и урановой оболочки литиевого заряда.
В итоге мощность взрыва оказалась в 2,5 раза больше ожидаемой — 15 мегатонн вместо шести. Из них 10 мегатонн дала урановая оболочка.
Взрыв был в тысячу раз сильнее того, что уничтожил Хиросиму. За минуту грибовидное облако поднялось на 15 км, а за шесть минут — в стратосферу, до высоты 40 км. Еще через две минуты облако разрослось до максимума и вширь. Его диаметр составил 100 км, толщина «ножки гриба» — 7 км, а нижняя граница «шляпки» начиналась на высоте 16,5 км. А в лагуне атолла на месте бомбы остался кратер глубиной 76 м и диаметром почти 2 км, который вскоре заполнился водой.
Считается, что такой эффект оказался полной неожиданностью для ученых и военных, однако это не так. Физики в Лос-Аламосе допускали, что взрыв может в худшем случае достичь 15 мегатонн. Радиограмма об этом была послана командованию испытаний 18 февраля. Но в том же сообщении физики указали, что наиболее вероятный выброс энергии составит 6 мегатонн. Согласно инструкциям рабочей группы, меры защиты персонала должны были основываться на максимально возможной мощности взрыва (и глава группы доктор Уильям Огл, понимая непредсказуемость ядерных устройств, настоял, чтобы расчеты времени эвакуации и других мер для персонала брали за основу мощность даже больше 15 Мт). Однако для прочих «объектов» меры защиты, включая диаметр запретной зоны во время взрыва, основывались на наиболее вероятной мощности.
Радиоактивное заражение накрыло более 18 тысяч квадратных километров океана. Для сравнения, площадь Гродненской области составляет 25 тысяч кв. км.
Жители самого атолла Бикини к тому моменту уже несколько лет как были переселены на атолл Ронгерик за пару сотен километров. Однако территория вокруг Бикини все равно не была пуста.
Белый снег
«Счастливый дракон» вышел из японского порта Яидзу в январе 1954 года на ловлю тунца в район атолла Мидуэй далеко на восток от Японии. Но все в этом рейсе шло наперекосяк: капитан заболел еще до отплытия и был заменен, двигатель барахлил, половина снастей запуталась в коралловых рифах. Спустя месяц судно потеряло большую часть тралов, почти ничего не поймав. Последней надеждой на улов были Маршалловы острова, и экипаж повернул на юг.
Утром 1 марта рыбаки находились в 150−160 км к востоку от атолла Бикини. Западный горизонт вдруг вспыхнул ярким светом.
«В иллюминаторе мелькнула желтая вспышка. Не понимая, что произошло, я вскочил с койки у двери, выбежал на палубу и был поражен. Мостик, небо и море предстали передо мной во всей красе, раскрашенные огненными красками заката. Я огляделся вокруг в оцепенении; я был совершенно растерян», — описывал увиденное рыбак Матасити Оиси. Через девять минут докатился низкий ревущий грохот, воздух сотрясло.
Судно было за пределами объявленной опасной зоны. Но взрыв оказался мощнее расчетного, ветер сменился, и, как подтвердится потом, радиоактивное облако растянулось на восток на сотни миль.
Через пару часов на «Счастливый дракон» с неба посыпались белые хлопья. Рыбаки не знали, что это такое. Оиси вспоминал: «Белые частицы сыпались на нас, как снег. Они проникали повсюду — в глаза, нос, уши, рот». Рыбак лизнул их — частицы были «зернистые, но без вкуса». За три часа хлопья засыпали всю палубу, и чтобы их убрать, члены экипажа сгребали их руками в мешки.
Это был радиоактивный пепел — кальцинированные частицы атолла Бикини. Именно после этого для описания радиоактивных осадков в английском языке стали использовать слово fallout (от fall out — «выпадать»), знакомое многим по одноименной видеоигре.
Рыбаки подозревали, что видели ядерный взрыв, и решили убраться подальше в тот же день, но не осознавали степень опасности и еще шесть часов терпеливо поднимали снасти. Потом «Счастливый дракон» пошел домой — со скоростью 9 километров в час. До Яидзу было две недели пути. Уже через день рыбаки почувствовали себя хуже: их тошнило, начали проявляться ожоги, выпадать волосы.
14 марта судно вошло в порт. Все 23 члена экипажа были больны: почерневшая кожа, кровоточащие десны, с трудом открывающиеся глаза. Японские медики поняли, что это лучевая болезнь.
Гостайна важнее жизни
Врачи запросили у американской Комиссии по атомной энергии данные о составе пепла — чтобы понять, как лечить. Однако Вашингтон отказался их предоставить: соотношение веществ могло выдать конструкцию бомбы.
Пока японские доктора действовали вслепую, глава американской Комиссии по атомной энергии Льюис Стросс объявил, что ожоги на теле рыбаков вызваны не радиацией, а химическим воздействием извести. И даже сказал, что «Счастливый дракон», возможно, был шпионским судном, намеренно зашедшим в запретную зону (хотя на самом деле оно даже не пересекало ее границ).
Самым тяжелым было состояние 40-летнего радиста Айкити Кубоямы. К августу оно резко ухудшилось, и 23 сентября 1954 года он умер от осложнений лучевой болезни. Американский посол выразил соболезнования и вручил вдове Кубоямы чек на 1 миллион иен — тогда около 2800 долларов.
Правительство Японии тогда тоже получило от США компенсацию — 15,3 миллиона долларов — в обмен на отказ от дальнейших претензий. Членам экипажа «Счастливого дракона» из них заплатили примерно по 5,5 тысячи долларов. В следующие десятилетия многие из них умерли от рака, цирроза печени и последствий гепатита С, которым их заразили при переливании крови в больнице в 1954 году. Другие страдали от менее серьезных болезней и репродуктивных проблем.
В целом же масштаб катастрофы был куда шире. Радиоактивные осадки накрыли обитаемые атоллы Аилингинаэ, Ронгерик, Ронгелап и Утирик (130−240 км от места взрыва). Но 236 жителей эвакуировали лишь спустя трое суток, когда они уже подверглись облучению. К слову, под радиацию попала и часть американского персонала.
Для островитян последствия были ужасными и растянулись на десятилетия. Более трети в течение жизни столкнулись с опухолями щитовидной железы и/или разными формами рака. Было множество выкидышей, мертворождений, врожденных дефектов. Например, некоторые младенцы появлялись на свет без костей и с прозрачной кожей — их называли «дети-медузы». Несмотря на это, Ронгелап объявили безопасным в 1957 году и вернули жителей. Но радиация никуда не делась, и в конце концов в 1985 году ронгелапцы, уже с помощью Greenpeace, эвакуировались снова. Американские власти отказали в помощи.
Кроме того, по данным японских властей, следы заражения были обнаружены на 856 рыболовных судах. Весной и летом 1954 года в Японии уничтожили более 75 тонн тунца.
Из трагедии — в кинометафору
Весной 1954 года продюсер киностудии Toho Томоюки Танака летел домой из Джакарты после провалившихся переговоров о японско-индонезийском фильме. Нужно было срочно придумать замену под уже выделенный бюджет. За иллюминатором простирался Тихий океан, и мысли возвращались к истории «Счастливого дракона», которая не давала покоя всей Японии.
Прямо на борту Танака набросал концепцию: что, если взрыв водородной бомбы разбудил доисторическое морское чудовище — и оно идет на Токио? Годом ранее вышел американский фильм «Чудовище с глубины 20 000 саженей» с похожей фабулой (монстра пробуждают ядерные испытания), а в 1952-м в Японии перевыпускали в прокат американского «Кинг-Конга». И вот история испытаний «Касл Браво», оживившая страх перед атомом и японскую национальную травму.
В апреле 1954-го студия одобрила проект, и работа началась. Монстра назвали «Годзилла» (Gojira), в котором соединились японские слова gorira (горилла) и kujira (кит). Режиссер Исиро Хонда, лично видевший разрушенную Хиросиму, снял фильм за несколько месяцев. Уже в ноябре он появился на экранах кинотеатров. «Годзилла» начинался изображением рыбаков на палубе посреди океана и вспышкой на горизонте. Японские зрители поняли эту сцену без объяснений.
В Японии фильм имел огромный успех и бил рекорды по продажам билетов, но за пределами страны практически не демонстрировался. В 1955 году американцы купили права на показ ленты и спустя год выпустили в прокат «адаптированную» американскую версию «Годзилла, король монстров!». Оригинал был не просто переведен, а урезан на треть и полностью переделан, дополнен новыми сценами с американским персонажем — репортером, а главное, все сцены, которые связывали Годзиллу с ядерным оружием и проводили параллели с Хиросимой и Нагасаки, были вырезаны. Именно эту версию увидел весь мир. Оригинал был впервые официально показан в США только в 2004 году (прошел ограниченный прокат), а в 2005-м в Великобритании его выпустили на DVD.
В 1955 году в Японии вышел сиквел оригинального фильма под названием «Годзилла нападает снова». С тех пор «Годзилла» породил множество продолжений, ответвлений и ремейков в разных странах и жанрах. Книга рекордов Гиннесса признала его самой долгоиграющей кинофраншизой в истории. А сам гигантский ящер из океанских глубин стал одним из самых узнаваемых символов в мировой популярной культуре.
Взрывной след
Испытания «Касл Браво» подтвердили эффективность использования дейтерида лития в качестве термоядерного горючего, и устройство «Креветка» далее было положено в основу создания американской термоядерной авиабомбы. Однако результатом испытаний была и самая тяжелая радиационная катастрофа в истории американского атома.
Новости о последствиях, несмотря на попытки замалчивания, разлетелись по всему миру. Это стало решающим импульсом для антиядерного движения. Впервые человечество убедилось, что радиация накрывает мирных людей за сотни километров от эпицентра взрыва, за пределами любых «опасных зон».
Уже в апреле 1954 года премьер-министр Индии Джавахарлал Неру призвал к международному мораторию на испытания. В мае того же года СССР впервые предложил переговоры о запрете тестирования. В 1955-м был опубликован Манифест Рассела — Эйнштейна, где многие ученые обращали внимание на угрозы, которые несет ядерное оружие, и особенно подчеркивали опасность термоядерных бомб, прямо ссылаясь на инцидент на Бикини. Гонка еще не останавливалась, но давление нарастало.
5 августа 1963 года США, СССР и Великобритания наконец подписали Договор о частичном запрещении ядерных испытаний: в атмосфере, под водой и в космосе. «Касл Браво» был одним из главных аргументов за столом затянувшихся переговоров.
Атолл Бикини непригоден для жизни до сих пор. Судно «Счастливый дракон», уже не представляющее опасности, стоит в музее в Токио, и в его сувенирном магазине можно купить фигурки Годзиллы. На камне у входа в музей выбиты последние слова Кубоямы, произнесенные им перед смертью на больничной койке: «Молю, чтобы я стал последней жертвой атомной или водородной бомбы».
Читайте также
